Журналистское расследование, основанное на данных

Журналистика данных

Эта статья о журналистском расследовании, основанном на данных, которое я провела неделю назад. Статья планировалась как домашнее задание курса журналистики данных в университете. Статья писалась для локальной газеты и на выполнение задания была одна неделя.

Написать я решила о загрязнении воздуха ртутью в Великобритании. Мне было интересно выяснить, какие компании в Великобритании загрязняют больше всего.

Я взяла базу данных загрязняющих компаний в мире на сайте European Environment Agency.

Потребовалось написать скрипт на Python для того, чтобы получить нужные данные из этой огромной базы и перевести ее в таблицы / spreadsheets (Excel), чтобы в дальнейшем было проще работать, визуализировать и показывать при необходимости другим журналистам без программистского прошлого.

Меня интересовала только Великобритания, хотя база содержит информацию по всем европейским странам. База была датирована 2011 годом, данные несколько устаревшие, но для статей еще неиспользованные, к тому же более новые данные можно было при необходимости запросить через Freedom of Information запрос.

Оказалось, что самой загрязняющей компанией в Великобритании является Ineos,  которая находится в небольшом городке Ранкорн (Runcorn), недалеко от Ливерпуля. Я построила карту, используя Google Fusion Tables, о которых уже здесь писала.

mercury_pollution_heatmap
Интерактивная карта: http://goo.gl/c3uiCU

В отличии от описанного мной способа визуализации данных с помощью Google Fusion Tables я поменяла визуализацию точками на Heatmaps.

Heatmaps

Вот график, сделанный на http://infogr.am , основанный на тех же данных, о том, какие выбросы ртути были в Ineos с 2007 по 2011 год.

EuropeanEnvAgencyTill2011

После этого я нашла телефон пресс-секретаря Ineos’а и позвонила, чтобы задать несколько вопросов. На мой звонок пресс-секретарь попросил написать письмо и объяснить, кто я и зачем это мне нужно. При этом он обещал ответить в понедельник со всеми полагающимися данными, которые, по его словам, он спросит у своих коллег.

Я написала письмо, представившись исследователем Центра журналистских расследований, написала с моего рабочего адреса и оставила все данные нашей небольшой некоммерческой организации – Centre for Investigative Journalism.

В понедельник после обеда пришлось звонить снова, так как письма не было. На этот раз меня спросили, кто я такая и что это за организация. Со мной некоторое время еще разговаривали на предмет, где я это планирую опубликовать. Честно говоря, все эти вопросы меня несколько удивили, так как в Великобритании действует принцип свободы информации, и любой гражданин имеет права эту информацию получить. Другое дело, что мне бы пришлось делать официальный запрос (который может сделать любой человек, проживающий на территории и даже без гражданства!), и это бы заняло 30 дней. А статью нужно было сдавать через неделю.

Когда пресс-секретарь дал мне ответы, я удивилась еще сильнее, потому что информация говорила о том, что картина сильно улучшилась за последний год. Разумеется, в статье я укажу, что эта информация получена от главного заинтересованного лица (то есть непроверенная), но проверить ее достаточно просто, что я, разумеется, сделаю для следующей статьи.

Итак, сторона главной загрязняющей компании – они вложили 390 000 000 фунтов, чтобы уменьшить загрязнение ртутью в два раза. По словам пресс-секретаря, они закрыли две из трех ртутные камеры.  И вот такая сейчас картина. 

EuropeanEnvAgencyFinal

Я начинаю радоваться за город и решаю его посетить. Интересно узнать, что думают жители города о загрязнениях. Да и просто увидеть всю эту химическую промышленность своими глазами интересно. Кроме ртути, здесь много разных других загрязняющих веществ, но, судя по данным, только ртуть отличает этот конкретный город. Я подчёркиваю, что он не самый загрязненный в Великобритании. Я прочла небольшой отчет, датированный 2004 годом, о том, что в Ранкорне было больше заболевших почечной болезнью (kidney disease), чем где-либо в Великобритании, и эти заболевания связывались с выбросами ртути. Также мне удалось выяснить, что совсем недалеко от химических объектов построили школу.

Когда я приехала в город, меня удивило количество птицы, лебедей, уток, чаек, а также рыбаков, которые сидели на берегу канала. Я поговорила с рыбаками, и они заверили меня, что рыбу ловить здесь безопасно. Я обратила внимание на то, что весь канал является бесплатной рыболовной зоной, о чем гласят вывески.

Дальше я зашла в местных книжный магазин и поговорила с местными жителями. Особенно интересным оказался разговор с владелицей книжного, Элизабет Хоуард, 71 год. Элизабет проработала на Ineos (тогда еще ICI) 23 года! Ее муж работал в ртутной лаборатории 36 лет, а она работала в биологической лаборатории. Оба на пенсии с 1990 года. Она в отличной форме. И вообще в городе много долгожителей. Например, отец Элизабет, 92 года при мне встал и пошел на автобус.

Элизабет рассказывала, что 15 лет назад под домами, где они живут, нашли ядовитый газ – результат того, что та компания, которая сейчас называется Ineos, закопала отходы. Всех эвакуировали, и Ineos скупила большинство домов, перестроила их и некоторые снесла. А тем, кто не хотел уезжать, предложили по 3000 фунтов каждому. Элизабет была их тех. Она говорит, что ее семья прожила в этом доме всю жизнь, и уходить они не хотели. «3000 фунтов не так много, но достаточно на новую кухню», – сказала она.

Она рассказывала о том, что когда работала там, то компания заботилась о сотрудниках и часто проверяла их здоровье на предмет ртутного отравления. Что иногда люди травились, и их куда-то увозили, пока отравление не пройдет.

Я поговорила еще с парой местных жителей, которые мне рассказали, что раньше город был очень грязным, но последние пару лет птица и рыба стали возвращаться.

Еще я познакомилась с местным писателем Конрадом Джонсом (Conrad Jones), который пишет триллеры, локализованные в Ранкорне. Он мне рассказал, что живет в двух милях от Ранкорна в деревне, где есть река, которая раньше была вся в пене, но сейчас стало лучше.

В таком позитивном настроении после разговоров с местными и видом косяков птиц я отправилась через реку Мерзи, которая разделяет “чистую” часть Ранкорна и часть, которая называется West Bank и где располагаются все химические предприятия.

Runcorn, UK
Runcorn, UK

Река мне не понравилась.. Я сделала пару фотографий, по которым, я понимаю, мало что можно заметить, но все равно контраст чувствуется. У меня эти фотографии вызывали следующие вопросы: «Должна ли быть нулевая толерантность к промышленности? Никаких загрязнений? Или же какой-то процент неизбежен?» Это все я решила спросить потом у политиков из Зеленой Партии (Green Party). Конечно, к ртутному загрязнению это не имеет отношения, но наличие загрязнения реки другими веществами очевидно.

Runcorn1 Runcorn2 Runcorn3

Уже возвращаясь, я увидела вот это местное искусство, нарисованное школьниками. Это Ранкорн. И главное, это надпись рядом со станцией. Слово, начинающееся с F.

Runcorn's art
Runcorn’s art

Я начала искать тех, кто имеет что-то против Ineos.

Ранкорн – достаточно маленький город. Им не интересуется Greenpeace, с которым я поговорила, им не интересуется Friends of the Earth, одна из самых больших организаций по защите окружающей среды в Великобритании. Здесь у них нет даже подразделения.

С трудом мне удалось найти группу людей, которые уже много лет борются с Ineos. Сначала они боролись по поводу постройки мусоросжигательной печи в Ранкорне. В итоге Ineos печь все-таки построил, и теперь это самая большая печь в Европе. Они получили разрешение на сжигание 10%  мусора от общей своей мощности. То есть 85 000 тонн мусора в год. И сейчас они хотят увеличить этот лимит до 60%, то есть 480 000 тонн мусора в год.

Мусор этот обычный, домашний, а значит, что в этом мусоре могут встречаться энергосберегающие лампочки, в которых содержится ртуть. То есть даже если цифры, приведенные ими по поводу выброса ртути правильные, то из-за мусоросжигателя картина может ухудшиться. Группа борется против этого нового лимита, но первое слушание по этому поводу прошло в пользу Ineos. В январе будет второе слушание.

В каждом городе Великобритании есть совет города, или council. Три человека представляют город и с одним из них я поговорила. Он сказал, что поддерживает группу против мусоросжигателя и тоже будет представлять их в январе.

Таким образом, моя новость была написана. Можете прочитать ее здесь на английском языке: https://www.dropbox.com/s/2sewc2w945eeppl/RuncornStory.pdf.

Все стороны представлены, данные использованы для визуализации. В дальнейшем расследование можно продолжить: дождаться официальных запросов от Freedom of Information, пообщаться со специалистами по ртути и оценить, насколько реально может увеличиться загрязнение, если лимит будет повышен на 60%.

Вывод: для эффективной работы с данными необходимо уметь работать с базами данных, SQL и Python (либо другой подобный язык обязателен), умение обращаться с данными и визуализировать их. Полезным может оказаться Photoshop (или Illustrator), чтобы быстро набросать инфографику или улучшить уже существующую.

C точки зрения журналистики, ничего не меняется – то же общение с людьми и необходимость задавать правильные вопросы, множество телефонных звонков и отправка сообщений. Хорошо, если вы работаете на какую-то организацию, потому что даже в Великобритании это может ускорить процесс получения данных. Данным нельзя доверять, нужно относится к ним критически, как к любому источнику. Данные  в базе могут оказаться неверными, так как заполняется она обычно человеком, поэтому каждое важное число нужно проверять (теми же звонками и личными разговорами).